" И не введи нас во искушение, но избави нас от лукавого"

 В ушах современников слово "искушать" всегда звучит как нехорошее слово. Оно значит постараться совратить кого-то ко греху, а в Библии слово "пейразейн" было бы лучше перевести словом "испытать", нежели словом "искушать". В Новом Завете искушать человека употребляется не столько в смысле совратить человека ко греху, сколько в смысле испытать его силу, его верность, его способность к служению. Так, например , Господь искушал Авраама. Отсюда ницшевское "если это тебя не убьет, то сделает тебя сильнее".
Уильям Баркли пишет: "В древнееврейском сатан значит просто противник. Потом слово сатан получило значение истец, то есть тот, кто обращается в суд истцом против кого-то. У иудеев было представление, что на небе есть такой ангел, который выдвигает обвинение против человека, своего рода ангел-прокурор; и таким ангелом стал сатана. На этом этапе сатана еще не был злой силой, он - часть аппарата небесного суда. В Иов. 1,6 сатана перечислен в числе сынов Божиих: «И был день, когда пришли сыны Божий предстать пред Господа, между ними пришел и сатана». На этой стадии сатана - небесный обвинитель человека. Но от того, чтобы возбуждать дело против человека недалеко до того, состряпать дело против человека. И вот тут был сделан следующий шаг. У сатаны есть еще одно имя - дьявол, а дьявол происходит от греческого диаболос, что значит клеветник. Итак, сатана стал дьяволом, клеветником, врагом, противником человека".
Искушения иногда приходят к нам извне, оно также идет изнутри нас . "Шинель" Гоголя именно об этом - вожделение о новой шинели доводят Акакия Акакиевича до безумия. Как это ни трагично, но приходится понимать, что искушение может идти от тех, кто нас любит и вовсе не желают нам вреда; и из всех искушений этому труднее всего противостоять. «И враги человеку - домашние его» (Матф. 10,36). Иногда мы сами хотим быть хуже, чем мы есть. Но, как это ни странно, иногда искушение идет не от нашего слабого места, а от самого сильного. Если мы с привычкой говорить: «Уже этого-то я никогда не сделаю», то именно там мы должны быть настороже.
Защиты от искушения: чувство собственного достоинства; церковная традиция (предание); еще нас защищают те, кто любит нас; ну, и конечно присутствие Иисуса Христа.

О ПОСТЕ

Иудеи времен Христа постились понедельник и четверг (какие-то даты, связанные с Исходом из Египта. Потому четверг - рыбный день). Пример: притча о мытаре и фарисее. Фарисеи ("отделенные"), кстати сказать, постились в среду и пятницу.
Древнейший христианский памятник "Дидахе" говорит об этой традиции, перешедшей к первым христианам — среда и пятница, в память предательства Иуды и распятия Иисуса на кресте. св. Ипполит Римский пишет, что постились 2 дня перед Пасхой; св. Ириней Лионский говорит, что постились 1 или 2 дня , или 40 дневных и ночных часов.
В V веке писатель Сократ схоластик пишет, что в Риме перед Пасхой постились три недели кроме суббот и воскресений. Позже упоминается, что в других Церквах перед Пасхой постились 6 или 7 недель, но это всегда считалось как 40 дней. При этом одни не ели до 9 часа, другие ели только хлеб, третьи позволяли себе рыбу и птицу.
Монашеская среда соблюдала среду и пятницу, именно среди монашества зародились Рождественский, Апостольский и Успенские посты. Миряне постились перед Рождеством только пять дней. Таким Рождественский пост просуществовал до середины XIX века, тогда же в Киево-Печерской лавре монахи составили для мирян утреннее и вечернее молитвенное правило.
Ученики Христа при Нем не постились вовсе, в чем упрекают Иисуса ученики Иоанна Крестителя. Сам Христос постился 40 дней перед выходом на проповедь. Некий упрек слышится в Его словах ученикам по поводу исцеления бесноватого отрока: "Сей же род изгоняется только молитвой и постом" (Мф.17, 21)
На Руси слово "постник" было именем собственным, так называли, например одного из зодчих Успенского храма на Красной площади (храм св.Василия Блаженного) Строителей Постника Яковлева и Барму в XVI веке ослепил царь Иван Грозный, чтобы они нигде не смогли построить подобный храм.

Что я писал в дневнике ровно 30 лет назад (октябрь 1989):

Обязательность нашего ухода, бросает солнечную тень на всю нашу жизнь.
Она смотрит в зеркало и говорит: "С этим нужно что-то делать". Кто с кем и что собирается делать?
Конец взгляда — поцелуй. На расстоянии-— поцелуя смотреть не на что.
Бог встречается в тишине, а не в несчастье, и всегда неожиданно, из-за угла. Тишина, она неожиданна.
Труд, работа — следствие греха, беспечность — божественна.
Руки лучше лица, руки — это лицо в движении, лицо действующее.
Все прейдет, останется только грусть и поэзия.
Утреннее потягивание — отсутствие всякого стыда. Это райское состояние доверяют только любимым.
Девушка с клубком ниток — символ беременности. Она вяжет петля за петлею полотно, а внутри клетка за клеткой на нитке пуповины зреет младенец. Такова икона Благовещения.
Клей не только связывает, он еще и прокладка.
Рыбак пойман на рыбалку, которая придумана рыбами, чтобы избавляться от худших.
Отпустить все связки с этим миром значит стать его основой.
Шляпа символ прически, прическа символ образа мыслей.
С человеком за жизнь случается всегодве-три мысли. Мысль — это то, что нас изменяет. Например, любовь — мысль.
Ожидание — вот враг настоящего.
У каждого телевизор показывает именно то, что ему нужно. В том числе для спасения.
Куколка — бабонька — бабушка — бабочка.
Мир охотится на нас, чтобы мы овладели им. И как только мы заинтересованно начинаем смотреть на него, он открывает пасть со своими острыми зубами.
У англичан wind-ow приносит ветер и потому открывается вертикально. Наше окно проистекает от ока, и потому предназначено для подглядыванием за соседями.
Слизняки подсмотрели идею быть улиткой у человека. Его цель — всегда быть дома, всегда быть кстати.

Что творится в нашем образовании


Пишет мне Бойцова Ольга:
Мирослав, у нас в приходах Православных церквей беда. Пришла секта Классические беседы. Во главе стоит Ирина Шамолина. Работает в патриархии советником Дмитрия Смирнова по вопросам семейного образования. Я была в этой организации. Очень сомнительного качества образование за деньги. Но что страшно. Во-первых, они используют очень страшную книгу для деток 12 лет. Сыщик логических ошибок. Эта книга свободно продается на сайте "Центр поддержки семейного образования". Прилагаю несколько цитат. Они извинились, сказали что исправят, хоть там через страницу просто про убийства говорится, но дети в нашем храме по ней занимаются. И еще в 80 городах, в основном в православных приходах. Стоит людям начать критиковать программу (в том числе и священникам), как они налетают и начинается травля тех, кто посмел критиковать. Программа создана протестанским мессионером Ли Бортнис, которая не скрывает своих целей: прозолетизм с помощью программы. Шамолина утверждает, что переделала ее на православную. Я нашла американский блог, где мамы, ушедшие из Классических бесед общаются анонимно, так как организация начинает их травлю. У нас небольшая группа тех, кто пытается бороться с напастью. Но на наши письма в патриархию нет никакой реакции. Дмитрий Смирнов активно общается с Шамолиной, но только на тему семейного образования. Программу Классические беседы он не благословлял. К нему ходили - говорит: разбирайтесь сами. Я очень вас прошу, посоветуйте, что делать, к кому обратиться?

Я пока только ответил: Дорогая Ольга, это книги шизофреников для шизофреников (шизо- френос - расщепление мозга) Ни взрослым, ни детям нельзя мыслить в таких категориях. Я думаю, нужно писать в Патриархию, в Отдел церковного образования, в Московскую Духовную академию и семинарию, ведущим богословам, начиная с Осипова, Скурата, Сидорова, митр. Иллариона (Алфеева), протодиакона Андрея Кураева, прот Артемия Владимирова и проч,чтобы они дали свое заключение. И с этими заключениями - снова в Патриархию. Я думаю, они быстро все это прекратят.

М.Ю.Бакулин (6.10.2019)


Предыдущее воскресенье. Выполняем послушание вот уже 15 лет - продавать книги после службы.
Разговоры о св. Мисаиле Абалацком, у которого его отец-диакон во время совместного богослужения отказывался брать благословение как у священника,
о блаженной Домне Карповне, которая смело с русского переходила на французский,
об Илье Ефимовиче Репине, Николае Ге и об единственной молитве, на которую не ответил Бог...
Мальчик и девочка рядом - это сын (6) и средняя дочь (12), молодая дама - жена.
Разговариваю с добрыми друзьями Валерием и Маргаритой, с которыми потом завалились в красивый осенний лес.

Крауд фандинг

Объявляю краудфандинг на издание своей книжки эссевидных текстов, расположенных в алфавитном порядке, пока 192 стр. в мягком переплете, 60х90/5 то есть классические 14 на 20 см. Сейчас остается собрать 30 тыс. руб.. Карточка сбербанка 4276 6738 9519 7419 Спасибо! Обложку обещает сделать Сам Великий Олег Пащенко.

Идиот

Я идиот. Вспомнил, как в 10 лет, посмотрев фильм "Начало", хотел жениться на Инне Чуриковой и сообщил об этом маме. Она осторожно спросила: "Она тебе нравится, когда она изображала Жанну д`Арк?" Я сказал : "Нет, это когда она изображала Бабу Яну и кричала "Аркаша, Аркаша, я ваша навеки". "Так она же страшная" сказала мама. Я ответил: "Она невероятная красавица. Позвони ей, может, она выйдет за меня замуж". (Как раз на фильме "Начало" Инна Михайловна вышла замуж за гениального Глеба Панфилова. Это было начало всего для них.).
Дело в том , что в осторожности мамы была причина, у нее уже был уже был опыт с Жанной д`Арк. Старшая сестра Света, где-то прослышала про французскую героиню и объявила категорично, что она теперь Жанночка. Достала откуда-то саблю, увешалась игрушечными пистолетами, играла только с мальчишками в войнушку и устраивала скандалы, если ее не называли Жанна. Но потом через сколько-то времени родители застали ее всю в слезах, она сломала саблю и пистолеты, потому что услышала по радио программу о том, как сожгли Жанну д`Арк на костре. Она отказалась быть Жанночкой. Вот поэтому мама спросила меня про женитьбу на Чуриковой ОСТОРОЖНО. Но потом она бегала по дому и, заломив руки за голову, кричала: "Идиот! Идиот! Я сразу знала, что ты родишься идиотом!" Меня, честно сказать, никто не хотел, все ТЕРПЕЛИ меня, я всем мешал, как, впрочем, и сейчас. Ничего, духовник утешил, что жить осталось недолго, и терепение меня терпеть осталось недолго. Я недолго буду мешать вам.

Скука школы

Папа, видя мою грусть после школы, выдрал учебник математики из обложки и спросил:
— Что ты сейчас читаешь?
— Про Шерлока Холмса.
— Тащи.
И он вложил "Шерлока" в обложку из-под математики.
— Читай и в школе. и запомни:( он заговорщически наклонился ко мне) — Все твои учителки — дуры.
Он спас меня от скуки, он спас меня от верной гибели "repetuter mater studiorum". Сестры научили читать меня в 4 года, привязав веревкой к стулу. Одна била линейкой, чтобы я сидел спокойно, другая рисовала буквы на фанере. Так они играли в школу. В 7 лет я уже читал толстые книжки и все, что вызывала во мне школа — это недоумение. Зачем эта хрень? Зачем например тупой учебник биологии, когда есть оксфордский учебник Вилли и Детье? А вот Господь , любя меня, за 26 лет преподавания в школе, училищах (духовном и художественном) и вузах не дал мне ни разу повторить один и тот же курс, все время подсовывая новые дисциплины, чтобы я чувствовал себя студентом и Хлестаковым. И я учился, учился и учился как завещал нам великий, которого теперь , слава Богу, не знают даже студенты. Поэтому не принято было поздравлять меня с Днем учителя, потому что я всегда был учеником и раздражающим, пугающим катализатором. И никто, из тысяч моих бывших студентов не называет меня учителем. Когда празднуют День ученика? Только однажды ночью, переходя через ж.д.рельсы в районе мясокомбината, я увидел шатающуюся огромную фигуру. Время и место для убийства были самыми удобными. Я напрягся, достал ножницы из сумки и приготовился к битве. Огромная, шатающаяся фигура приблизилась, алкоголем разило за метры, из фигуры вдруг послышалось : "Добрый вечер, Мирослав Юрьевич. Гуляете?" Студент.

НЕДОВЕРИЕ

И вот, ко мне тайно принеслось некоторое слово, и ухо мое приняло нечто от него: отчего ты не доверяешь отцу своему, словно бы он желал гибели твоей. Чту отца, но не доверяю ему, потому что он из другого времени, а там законы свои. Я знаю, что я глуп, а глупый говорит много. Врачи лечили меня и вот зубы мои изрезали язык мой в кровь и я молчу. Молчу, хотя все равно не знаю, что будет, и никто мне не скажет что будет после меня. Любая работа утомляет глупого, и он не знает дороги в Царствие Небесное. А ведь Он пытался собрать нас, как курица птенцов своих под крылья свои. Что ныне недоверие соделает со мной? Отвергнет меня от лица Его.
Как бы избегнуть тени века сего и принять сладость славы на которую мы уготованы были еще до рождения? Недоверие мое есть надменность, а надменный человек, как бродящее вино, не успокаивается, так что расширяет душу свою как ад, и как смерть он ненасытен.
Шесть раз за ночь объемлет меня ужас и трепет и трясет все кости мои, тогда как сосед мой Аркадий, получающий зарплату портвейном, заметая дворы гордых, находится среди размышлений о ночных видениях. На остальных же людей находит сон.
А надо мною прошел дух, дыбом стали волосы на мне. Дух встал передо мною, но я не распознал вида его, только облик был пред глазами моими; тихое веяние, и я слышу голос, и сказал:
— К Господу воззвал ты в скорби своей, и Он услышал тебя; из чрева преисподней ты вопил, и Он услышал голос твой. Но зачем ты сказал, что отринут от очей Его, что
ввергнут в глубину сердца моря печали, и потоки одиночества окружили тебя. Что бездна отчаяния заключила тебя; морскою травою одиночества обвита была шея твоя?
До основания гор снизошла душа твоя, земля своими запорами навек заградила тебя; но ведь ты тайно надеялся, что изведут душу твою из ада.
— Да, — сказал я, —да. Когда изнемогла во мне душа моя, я вспомнил об Отце, и молитва моя может быть дошла до Него, до храма святого Его.
И отвечал мне дух:
— Глупость твоя лжет в тебе. Отец поражал меч твой ржавчиною и хлеб делал блеклым. Градом посекал Он труды рук твоих; но ты не обращался к Нему, говорит Господь.
Ты говорил в себе: "Тщетно служение Богу, и что пользы, что мы соблюдали постановления Его и ходили в печальной одежде пред лицо Его в храм по воскресеньям? И что посты твои и молитвы по дороге на работу, если не трогают они ума твоего, чье внимание занимают глаза, ниже которых, до сердца не опускается он. Вот ты считаешь надменных счастливыми: кажется, что лучше устраивают себя делающие беззакония, и хотя искушают Бога, но остаются целы. Но Он разрушит замыслы коварных, и руки их не закончат начатого. Он уловит ваших мудрецов их же лукавством, и совет хитрых станет тщетным.
Вот сосед твой Аркадий, что приемлет зарплату портвейном, заметая дворы гордых, все вопрошает: "За что?" За то, что Господь был свидетелем между им и женою юности его, против которой он поступил вероломно, между тем как она подруга его и законная жена его. А теперь он увидел нечто: увидел страшное и испугался, и нет сна на челе его.
И сказал я тени:
— Оставь, отступи от меня, чтобы я немного ободрился, прежде нежели отойду, — и уже не возвращусь, — в твою страну тьмы и сени смертной, в страну мрака. Каков есть мрак тени смертной, где нет устройства, где темно, как самая тьма? Знаю, что прах мой возвратится в землю, чем он и был; но надеюсь, что дух возвратится к Богу, Который дал его. Не верится мне, что голос мой услышал Тот, Кто в вихре разит меня и умножает безвинно мои раны, не дает мне перевести духа, но пресыщает меня горестями, даже зная, что я глупый. Суета сует, сказал Екклесиаст, все — суета! Но не доверяю я суете, даже глупый и заблудший, иначе суета будет и воздаянием мне. Но в свой день я скончаюсь, и ветви мои не будут зеленеть. "Эй, эй! бегите из северной страны", — говорит в Писании Господь: — "ибо по четырем ветрам небесным Я рассеял вас". Куда бежать мне, если я родился в северной стране и здесь прошла жизнь моя? Стану укрепляться мужеством духа и не отпаду хотя бы от внешнего благочестия; нищему отдам деньги за жизнь свою, и небоязненно попытаюсь избавиться от записи в Книгу погибели, имея добрую надежду получить помощь, и от отпавших не отвращусь, почитая их врагами народа Церкви и не стану избегать всякого общения с ними и дружественного обхождения. Доверюсь Господу, и будет Господь огненною стеною вокруг меня и прославлюсь посреди Него.